Алим Чеченов
Хирург-имплантолог
Почти 15 лет возвращает людям здоровье и счастливые улыбки Алим Чеченов, хирург-имплантолог, главный врач сети клиник «Альтернатива» в Нальчике. Решение идти в стоматологию было неожиданным: мешали и собственный страх зубных врачей, и серьезная увлеченность спортом. Однако выбор оказался верным: сегодня Алим Чеченов не представляет и дня без своей работы, а его золотые руки и любовь к профессии сделали героя нашего материала одним из самых уважаемых и известных докторов не только в Кабардино-Балкарии, но и в России.
О становлении в профессии
— Алим, что привело вас в профессию врача-стоматолога? Как вы сделали этот выбор, что повлияло на такое решение?
— Я не из медицинской династии, в моей семье никто не связан со стоматологией. Папа и мама работали в правоохранительной сфере, они сотрудники полиции. И я с детства думал, что вырасту и тоже стану хорошим детективом.
Из всего окружения только друг нашей семьи, близкий приятель отца, был стоматологом, он часто делился своими историями и всегда говорил, какая это хорошая профессия, звал меня в эту сферу, а я думал: «Да ведь это вообще не мое!» К тому же я безумно боюсь стоматологов. Вы не поверите — боюсь до сих пор. Но работу свою очень люблю.
Однажды, когда я учился уже в 11 классе, у папы случился инфаркт. Я приехал к нему в больницу, и он посетовал: мол, врач — такая важная и нужная профессия, а у нас в семье нет никого из медиков. Фактически он благословил меня стать врачом, это было отцовское напутствие. И я решил последовать ему. В семье случилась настоящая битва, ведь все хотели, чтобы я был экономистом или юристом — шел 2002 год, это были самые популярные профессии. Мой дед по маминой линии был экономистом, и он считал, что эта сфера для меня будет подходящей. Но я принял решение отца — подготовился и поступил в Кабардино-Балкарский медицинский университет. К тому же в школе я учился хорошо, химию и биологию знал отлично.
При этом с детства я успевал уделять большое внимание спорту, с 5 лет занимался карате, дошел после школы до черного пояса. Поэтому и думал, что меня ждет профессия военного или полицейского. Даже на тренировках мне продолжали говорить: «Да какой ты врач? Это не твое!»
— Началось студенческое время, но спорт остался в вашей жизни?
— Да, все свое время я отдавал спорту, мне это очень нравилось. Постоянно ездил на соревнования, тренировался. Но спорт сильно отвлекал. Я с интересом погружался в занятия по физиологии, анатомии, а остальные предметы учил неактивно. На втором курсе возникли сложности. Я уже имел черный пояс по карате, нужно было ехать на соревнования по России, впереди был отбор на чемпионат мира. Для меня как для спортсмена это было важно. Заведующая кафедрой сказала мне: «Выбирай, ты врач или спортсмен?» Она поставила мне «неуд», хотя я знал, что сдал экзамен хорошо, и я подал апелляцию. Наверное, это было ошибкой: хоть я и добился пересмотра оценки, но это подпортило отношения с преподавателем. Я был молодой и «зеленый» и мало думал о дипломатии. На третьем курсе педагог уже не была столь лояльна. Запустил учебу и провалился на зимней сессии уже по-настоящему. Преподаватель сказала: «Что ж, увидимся в следующем году». Меня отправили в академический отпуск.
В тот момент я даже не огорчился: я уже был на позиции тренера, неплохо зарабатывал и считал, что все равно уйду из института. Я занял уже II место по России, мне пришло приглашение на чемпионат мира. И я бы даже поехал, но подвели финансы. Я рассуждал: «А зачем мне этот медфак?»
I курс Кабардино-Балкарского медицинского университета. На практике
Но мой дед Магомет Галеев охладил мою браваду. Он всегда ратовал за то, чтобы я стал экономистом, был против профессии врача — а тут вдруг осадил меня: «Ты уже потратил три года! Получил много знаний. Если ты бросишь институт, профессию, что ты будешь делать потом? Как будешь зарабатывать?»
И я решил вернуться в ВУЗ после академотпуска. Словно что-то переключилось в сознании. Я вовлекся в учебу, и проблем больше не было. К тому же у нас был один из сильнейших курсов во всей истории факультета, сильная группа. Видимо, эта эмоциональная поддержка тоже была важна. У нас очень дружный курс — позже мы разъехались по разным городам, но до сих пор общаемся, дружим, встречаемся.
«У нас был один из сильнейших и дружных курсов во всей истории факультета». 3 курс, с одногруппниками
— Есть ли в вашей жизни, в профессии люди, кого вы считаете своими наставниками?
— Я благодарен каждому, кто помогал мне на моем пути. Кстати, первые шаги в имплантации мне помог сделать как раз тот врач, друг семьи, о котором я говорил выше. Нурды Татарханов показывал мне, как нужно работать, и дал мне возможность превратиться из хирурга в имплантолога. Сначала я был обычным хирургом-стоматологом, который совершает небольшие хирургические вмешательства, но не имеет точного понимания, как все делать правильно. И благодаря наставнику я освоил все тонкости.
А уже позже, с 2011 года, когда я начал ставить имплантаты, я стал искать возможности обучения. Тогда было не так много курсов, как сегодня, но, если проводился какой-то конгресс или предлагались курсы в рамках выставок, форумы, мастер-классы, я обязательно туда ездил. Обучение меня захватило. Это было очень сильным увлечением, хотелось постоянно набираться знаний. Порой я ездил к одному и тому же врачу на его лекции, ведь невозможно сразу за один раз воспринять всю информацию. В сфере имплантации мне многое дали такие специалисты, как Руслан Хатит, Баграт Смбатян: они делились опытом, который я перенимал.
Алиму Чеченову, профессиональному спортсмену и тренеру, пришлось делать сложный выбор между спортом и медициной
О менторстве
— Вы говорили о своих наставниках, а теперь вы тоже ментор, наставник для молодых специалистов?
— Я начал читать лекции в 2015 году, для меня это оказалось некоторым шоком — было тяжело психологически. А ведь я имел за плечами огромный тренерский опыт, умел работать с большой аудиторией и тренировал не только детей (а у меня их было уже более 100 в трех школах), но и взрослых, в том числе около 20 моих однокурсников ходили ко мне на тренировки. Для меня давать наставления, тренировать, проводить семинары в спорте было просто, я никогда не волновался. Но тут, когда понимаешь, что ты делишься важной информацией, своими мыслями или опытом не на тренировке, а в официальной обстановке, было сложно. На первых трех лекциях я волновался. Но, видимо, именно спортивные навыки, привычка к самодисциплине помогли справиться с мандражем.
Первое выступление на имплантологической конференции, Краснодар, 2015 г.
Лекции помогают мне собрать свои клинические случаи, проанализировать их, понять, что я делал верно, а что — нет. У меня много пациентов, и в практике порой бывают осложнения. Интересен опыт: как ты вышел из той или иной сложной ситуации. Этим я с удовольствием делюсь. На своих курсах в компании «Н.Селла» я рассказываю о том, что я делаю каждый день.
Моя основная задача — лечить людей. Практика для меня важнее.
— Не жалко делиться опытом?
— Наоборот. Я радуюсь этому, ведь если есть люди, которым я помогу не только получить опыт, но и в том числе не навредить хотя бы одному пациенту, это уже хорошо. Например, врач что-то делал неправильно, недопонимал или вообще не знал, что его действия — это ошибка. А теперь он вооружен знаниями. Это хороший результат.
— В 2015 году вы организовали в Кабардино-Балкарии дискуссионный клуб для коллег-стоматологов. Каковы его задачи?
— Да, этот формат показался интересным, клуб организовали мы с друзьями-коллегами. Проводили заседания, обсуждая различные клинические случаи, разные темы вне зависимости от направления стоматологии: это в том числе хирургия, ортодонтия, детская стоматология, терапия и так далее. Приглашали кого-то из докторов, кто хочет поделиться своим опытом. Изначально мы придумали клуб для того, чтобы опытные специалисты делились знаниями с молодыми коллегами, на каждую встречу мы собирали до 100 слушателей. За 3 года мы провели 33 заседания, 3 конференции, около 10 мастер-классов, двигаемся вперед. Клуб развивается и работает, каждый врач может поделиться у нас своими интересными клиническими случаями или получить консультацию. Клуб дал мощный толчок развитию стоматологии в республике.
«До сих пор поддерживаю связь со своими учениками, которым дал дорогу в спорте»
О практике и верности делу
— Расскажите, как проходил ваш путь в практику.
— Я прошел все стадии интернатуры, работал и в терапии, и в хирургии, и в ортопедии. Именно тогда мне стала нравиться стоматология. Но устроиться на работу было нелегко. Сейчас я главный врач самых крупных в городе частных клиник, к нам приходят студенты на практику. А в наше студенческое время такой системы не было, хотя было бы как раз правильно осваивать профессию, еще учась в вузе. Сейчас такой тандем бизнеса и вузов активно развивается, молодые специалисты приходят на свои рабочие места уже с практическим опытом. Нам было сложнее. Кому нужны молодые выпускники без опыта?
Мне помог мой дедушка. Он работал главным экономистом завода сферы электронной промышленности, был очень опытным, заслуженным профессионалом. Завод был одним из градообразующих предприятий Нальчика, построил в городе целый район, в том числе и стоматологическую поликлинику. Главный врач этой поликлиники Борис Мухамедович Дударов потом стал главным стоматологом Минздрава республики. Я тогда проходил интернатуру на базе этой поликлиники, и мой дед предложил Дударову взять меня на работу. Мои руководители отозвались обо мне положительно. Но меня вызвали спонтанно, я так и приехал — в неофициальном виде, в какой-то полуспортивной одежде… Борис Мухамедович посмотрел на меня и с сомнением спросил: «Это он — врач?» Но дедушка сказал: «Ничего. Завтра он придет в другом виде. Ты его еще увидишь в деле!» И я начал трудиться в должности хирурга.
Работа в государственной поликлинике. 2010 год
Через год в частной круглосуточной клинике Нальчика понадобился хирург на ночные смены. Я пошел и туда, в итоге работал уже в две смены. А потом руководитель клиники Джамиля Хазреталиевна Балова пригласила меня и на дневные смены. Так я остался в этой клинике. Я благодарен ей за поддержку моих идей и начинаний. С 2012 года мы начали развивать в клинике направление имплантологии. А сейчас вот уже 5 лет я главный врач двух клиник этой сети — «Альтернатива». Вторую клинику мы открыли после пандемии. Причем, когда мы расширились, мы не стали расширять штат — а просто дали нашим врачам больше смен, они были в этом заинтересованы.
— В чем главные достоинства ваших клиник «Альтернатива»? Что вас привлекло?
— Я считаю, что любой врач, если он порядочный человек, должен относиться к клинике, в которой он работает, как к своему детищу: бережно обращаться с оборудованием, максимально внимательно взаимодействовать с пациентами, отдавать себя делу, если приходят новички — помогать им адаптироваться (мы привлекаем и обучаем молодежь, сейчас, например, у нас работают два врача, которых мы обучали еще в их студенческие годы).
И именно такие люди в нашей команде. Я пришел в клинику через 1,5 года после ее открытия — и основной костяк команды до сих пор работает у нас.
Очень приятно, что рядом с тобой такие же, как ты, люди, преданные делу. Текучки кадров у нас практически нет.
Сейчас у нас трудится 98 человек в двух клиниках. А база пациентов самая большая в республике. Это не удивительно: с самого начала работы клиники мы вели электронную картотеку, и на 10-летие деятельности у нас насчитывалось в базе уже 100 тысяч пациентов. А это одна восьмая часть населения республики! В Кабардино-Балкарии живет 800 тысяч человек, в Нальчике — 300 тысяч человек. Так что это серьезная цифра. А еще мы единственная в республике клиника, которая работает круглосуточно и без выходных, поэтому люди знают, где им помогут в любое время дня и ночи. В этом большая заслуга Джамили Баловой.
Важно, когда руководитель так выстраивает работу клиники, когда довольны и пациенты, и сотрудники. Кстати, наши врачи постоянно совершенствуют свои компетенции, выезжают на различные обучающие мероприятия, и Джамиля Хазреталиевна поддерживает стремление команды к профессиональному и личностному росту.
— Насколько сложно совмещать две ипостаси — управление клиникой и работу практикующего врача?
— Да, это действительно непросто. В первую очередь, я все-таки врач, а главврач — во вторую. Практика, лечение пациентов — для меня первоочередная задача. Важно, что у меня сложились доверительные отношения с владельцами клиники, у нас прекрасное рабочее взаимодействие, мы уверены друг в друге на 100%. И у нас очень надежные врачи, которые поддерживают друг друга. Чтобы обеспечить круглосуточность работы клиники, мы трудимся в три смены, и на каждого нашего доктора мы можем положиться. Коллектив у нас очень дружный, мы одна семья. У нас остаются те, кто из нашего «прайда». Люди, которые не близки нам по принципам работы, по каким-то жизненным принципам, у нас не уживаются. Но при этом мы всегда найдем место для хорошего врача, и если мы будем расширяться, у нас на примете есть специалисты высокого класса. А пациенты остаются лояльными к нам, даже несмотря на некоторый рост цен на услуги. Все эти моменты в целом и помогают мне совмещать собственные задачи: важно, когда ты управляешь командой, которая близка тебе по духу, в которой ты уверен.
О хирургии и любви к людям
— На своем карьерном пути вы определили для себя, что вам интересны хирургия и имплантология. Как шло ваше профессиональное развитие?
— Да, став хирургом, я начал активно развиваться в этом направлении. Сначала начал ставить импланты, потом углубился в технику наращивания кости, работу с десной и так далее. Постоянно выезжал на лекции и мастер-классы. Сейчас молодым докторам помогают в этом развитии, а в наши годы ты «комплектовал» себя сам, сам себя делал. Хочешь знать — значит, едешь и учишься.
Первая имплантация, 2011 год, — с одним из главных наставников в профессии Нурды Татархановым
— На какой имплантологической системе вы работаете?
— Я работаю на разных имплантационных системах. Активно использую Neodent. У этой системы есть ряд плюсов. Во-первых, дизайн. Узкий апекс имплантата, агрессивная резьба — все это дает хорошую первичную стабильность. Я работаю сейчас в протоколе немедленной нагрузки, и данные имплантаты для этого идеально удобны. Дизайн, размеры, форма имплантата подходят под мою специфику работы. А ортопедические конструкции максимально разнообразны. Простота работы дает комфорт для пациента и врача.
В целом любая система имплантатов имеет свои плюсы, по приживаемости они практически не различаются. Разница, скорее, в цене. Причем наши пациенты не спрашивают, какие импланты я ставлю — они приходят за услугой, за качеством, за долговременностью систем, зубов, коронок, которые будут стоять в их ротовых полостях. Человек платит не за имплантат, а за мой опыт, знания. Все остальное — инструмент для решения задачи.
— Кто для вас пациент? Это ваш партнер? Или вы предпочитаете, чтобы пациент был ведомым, прислушивался к вам как профессионалу, следовал вашим советам?
— Раньше я пытался находить общий язык, влиять на пациента, давать советы. Но сейчас, исходя из того, что ко мне приходят пациенты по рекомендации, я стараюсь не влиять на решения этих людей. Ведь раз они пришли ко мне, то они уже доверяют мне. Но все же, если клиент готов идти по моему плану, он мой пациент, если нет — он не мой пациент. Если же я не могу выполнить какую-то задачу, то я всегда дам рекомендации, куда обратиться, позвоню коллеге, который сможет реабилитировать пациента, и проведу его по пути, чтобы другой врач взял его далее на лечение.
«Я всегда максимально бережно отношусь к пациентам»
— Судя по тому, что вы тренер, работали с детьми, вы, видимо, любите людей. Ведь без этого, очевидно, нельзя работать врачом?
— Стопроцентная истина.
Человеку, пациенту нужно сопереживать. Я не жалею, что стал хирургом. Ни секунды не жалел. Это непростая работа, но именно в этой сфере очень важно быть максимально бережным к чувствам, эмоциям пациента, чтобы оградить его от страха и боли.
Многие мои пациенты пишут в своих отзывах: «Алим все делает не больно, даже анестезию». Я стараюсь, чтобы человек не испытал никаких неприятных ощущений.
«Возможность делиться опытом дарит радость»
— А хороший хирург — какой он?
— Пока ты не будешь знать, как работать с осложнениями, ты не будешь хорошим хирургом. Хороший хирург знает, как выйти из той или иной ситуации, ведь осложнение может возникнуть неожиданно, это незапланированное явление. И одинаковых клинических случаев не бывает. Один и тот же имплантат будет себя вести у разных людей по-разному. Вот почему я так хотел насыщаться знаниями — и я учусь до сих пор, это важно. И это, кстати, второй показатель профессионализма врача.
Хороший хирург, как и вообще любой специалист, будет стремиться наращивать свои знания.
Хирургия — это то направление в стоматологии, которое одним щелчком может вывести тебя из любой эйфории. Ты можешь думать, что ты лучший, достиг вершин, ставишь имплантаты так, словно кидаешь дротик в «яблочко». А тут вдруг — раз — и осложнения. Это как холодный душ, как пощечина. Это всегда неожиданно. И ты понимаешь: значит, надо работать над собой дальше. Это освежает. Начинаешь анализировать, в чем была проблема. Неудача — это не повод опустить руки, это вызов. Хирургия хороша тем, что дает цель. Всегда есть куда стремиться.
— А что же с вашей спортивной стезей? Вы ушли из спорта?
— Когда я начал работать стоматологом, я продолжал и тренерскую работу в спорте. Причем я получал на ней в десятки раз больше, чем в качестве врача. Мои ученики росли и показывали отличные результаты, один из них был уже призером чемпионата мира по карате. Я получил грамоту от Министерства образования республики как заслуженный работник Минобразования. Так продолжалось три года, и у меня не было ни секунды свободного времени — ни отдыха, ни отпусков.
Постепенно я понял, что мне трудно уделять время ученикам, а их становилось все больше. И я понимал, что их потенциал высок, они могут многое — но я не могу им это дать. Мне пришлось поговорить с ними, объяснить, что я ухожу в медицину полностью. Мне было безумно жалко. Я, кстати, сразу набрал лишний вес. Ученики, конечно, тоже жалели, что лишаются меня. Но мы не потеряли связь. Я до сих пор встречаю своих ребят, все они уже взрослые. Такое необычное ощущение: кого-то я тренировал еще с детского сада и довел до 11 класса, а теперь они уже состоявшиеся специалисты, занимают разные серьезные должности...
Но спорт не забывается. Мышечная память работает. Сейчас я пришел в форму, похудел на 20 кг и снова занимаюсь спортом, но уже для себя. А еще мы каждый четверг отправляемся с друзьями на конные прогулки.
— Что помогает вам от эмоционального выгорания?
— У меня не бывает эмоционального выгорания. Я очень люблю свою работу. Даже если я могу отдохнуть, уехать в отпуск — я не могу отключиться от своего дела. Если я нахожусь в городе, всегда заезжаю в клинику: узнать, как дела, чем можно помочь. Все мои коллеги знают: если даже они работают ночью и вдруг возникла сложная ситуация, они в любой момент могут мне позвонить и попросить совета, консультацию или позвать на помощь.
«Я очень люблю свою работу. Лечение людей — для меня первоочередная задача»
Что касается отдыха, то, кроме конных выездов, у нас с друзьями есть и еще одна традиция: раз в год мы с ними приезжаем отдыхать на Волгу. Наша горная природа, безусловно, прекрасна, но, видимо, хочется переключиться и на другие пейзажи.
Еще одна важная поддержка — семья. Хотя признаюсь: я так много работаю, что не успеваю уделять близким достаточно времени. Моя супруга Марьяна экономист, но то, что мы из разных профессиональных сфер, нам не мешает: мы прекрасно взаимодействуем. Моему старшему сыну от первого брака Ибрагиму 10 лет, он мечтает быть летчиком. А дочки — 6-летняя Белла и 3-летняя Лима — конечно, еще совсем малы для выбора профессии, но я не исключаю, что они продолжат мое дело. Хотя они тоже боятся стоматологов, как и я. Думаю, кабинет стоматолога — это негативное воспоминание детства для многих из нас. Но сегодня это в прошлом, ведь в современном лечении нет никакой боли. И это не только технологии, это еще и искусство врача. Мой собственный страх перед стоматологами помогает мне бережно относиться к пациентам.
Материал подготовлен редакцией Dental Club